05.05. ПАРЩИКОВ
Автор: Сергей Соловьев
Тридцать дней как его нет. Говорят, душа еще здесь, рядом. Кальцием стать после смерти, высохнуть в веточке. Так обронил в юности. И Еременко подхватил: магнием – мне… И читал на прощальном вечере те читать дальше...
|
Периодика
Илья, № 5, 1 мая 2006
возврат в оглавление номера
Я в поезде Москва-Новороссийск, стихи Екатерина Бушуева
. . .
Двадцатитрехлетняя москвичка Катя Бушуева начиналась как поэт в литературной мастерской «Кипарисовый ларец». Сейчас живет и учится в Гренобле (Франция) на факультете общей лингвистики – курс углубленных исследований. Пишет также и на французском языке. Сотрудничает с Альпийским Домом поэзии.
Пассажирам московского метрополитена
А за желтой полоской бурлящая пена.
А за ограничительной линией воды Стикса.
И какие-то странные звуки из туннеля слышатся.
Пассажиры Московского Метрополитена,
Ах, как хорошо вам в вагонах спится!
Несмотря на то, что так плохо дышится.
А за желтой полоской бурлящая пена,
А руки уходят вверх – это порочней прихоти,
И гусеница эскалатора пожирает свой стебель.
Пассажиры Московского Метрополитена,
Вас ветер откачивает на выходе,
Вас звезды оплакивают на небе.
Дерево
Нам с тобою еще сто дорог отмерено,
Но зато уже десять шкур спущено
И осталась одна только человечья кожа.
На другой стороне улицы, видишь, дерево?
Удивительно, как это дерево на нас похоже.
Оно слишком много ветру верило,
А у ветра хватка льва и повадки лисьи.
Разорилось дерево,
Промотало дерево все свои листья.
И стоит, потерянно,
В центре города, на краю тротуара,
На задворках Солнечной системы.
И людей вокруг не стало
И неважно где они,
И неважно где они,
И неважно где мы.
Ежик в тумане
Москва облаками обмотана,
Дома по балконы в воде.
Я ежик в тумане, я вот она.
Лошадка, лошадка, ты где ?
На ветках пушистыми вишнями
Толпа вробьев- простофиль.
Лошадка, лошадка, услышь меня !
Ты помнишь, такой был мультфильм ?
Про то, как молочными клочьми
Туман плыл в дремучем краю
И ежик ходил озабоченный,
Искал там лошадку свою.
А в городе сырость и оттепель
И хочется предупредить :
Ты можешь сказать мне : Чего тебе?
Не надо мне так гoворить.
Тебя окликая по имени,
Я грохнусь, того и гляди.
Я ежик в тумане. Пойми меня!
Пойми меня и снизойди.
* * *
Скажи, тебе уютно в моем сердце?
Но если нет, молчи.
Я не давлю на жалость.
Но все-таки какая для меня была бы радость.
(Та радость, от которой можно и зардеться) –
Знать,что тебе там хорошо.
Я так старалась.
Но только чур не надо о разлуке,
О всех тех странах и морях, что расстелились между нами и
Не надо также говорить о расстоянии,
О том что есть помимо сердца еще руки ,
Губы, встречи и свидания.
Просто скажи,тебе уютно в моем сердце ?
Достаточно ли в нем тепла и света ?
Какие пожелания ? Что хочешь ? Зиму ? Лето ?
A с глаз долой – из сердца вон – Неправда это.
* * *
В обиженном доме, в покинутом мной доме
На лесничной клетке усталый сквозняк воет
Всю ночь. Как представлю, так мочи моей нету.
Взглянуть хоть одним бы глазком мне на дом этот.
Его обметала метель и обветривал ветер,
В нем старились папы и мамы, росли дети.
Смотрели в окно, как салютом росли дали,
Гоняли чаи, телефонных звонков ждали,
Там стрелки часов с боем сердца не шли вровень,
Ведь сердце бежало быстрей на волнах крови.
А что там теперь? Что теперь в том большом доме?
В том доме, который меня уже не помнит?
В том доме, в жилом доме, в моем доме,
Где лифт застывает в шахте, как ком в горле?
* * *
Не докричаться и не дозвониться
До кого-то дорогого из другого мира.
У него там пол-второго, у него двенадцать с половиной.
Что будем делать? Тело опустело
И все прохожие давно прошагали мимо.
Что будем делать? Пить ноябрьский вермут.
В воображении восстанавливать все его возможные лица.
Все было хорошо, только теперь вот
Не дозвониться.
Что будем делать? Пинать осенние листья.
Что будем делать? Радоваться жизни,
И трубкою на проводе качаться,
И в собственное тело не вмещаться.
Но не возвращаться.
Километры и минуты.
Сентябрь
Где грусть листа
Кленового? Где стон?
Сентябрь – там.
А здесь что-то не то.
Здесь шум и гам,
Здесь смех, куда не плюнь.
Сентябрь – там.
А здесь сплошной июль.
Сентябрь, все
Там ждали его, все.
Сентябрь в среднерусской
Полосе.
Он знает сам
Кому он всех нужней.
Сентябрь – там,
На Родине моей,
Где Кремль сдан,
Где лопнула броня.
Сентябрь – там.
Здесь нету сентября
Москва-Новороссийск
Не то лежу, не то взлетаю ввысь,
Не то движение, не то покой,
Я в поезде Москва-Новороссийск,
На верхней полке. Это сон такой.
Игра такая детская. Вот-вот
Объявят остановку на минут
Пятнадцать. Замирает небосвод
И тут же окнам персики несут.
И кажется весь мир за них отдашь,
За персики с шершавой кожурой.
Я в поезде Москва-Песчанный пляж,
Я в поезде Москва-Морской прибой.
Будильника раздолбанного писк
Не вытянет мой дух из того дня.
Я в поезде Москва-Новороссийск
На верхней полке. Не буди меня!
|
|
|
создание сайта